Интервью для Голоса России

Этого интервью не должно было быть. Точнее, оно должно было быть другим...Но волею судеб оно превратилось в два. И таких разных...
В общем...Надежда все расскажет сама...
Раз оно появилось, значит, это кому-нибудь нужно.
Все в нашей жизни не случайно...




Автор: Надежда Ширинская
http://rus.ruvr.ru/by_author/6325777/






Ее контакты мне прислала моя хорошая знакомая из Финляндии, одна из недавних героинь проекта «Окно в Россию» поэтесса Елена Лапина-Балк. Кроме телефона, была только одна строчка: «Она готова тебе рассказать о своей жизни и вере в счастье!» Ну что же, о счастье, так о счастье, решила я. Мы уже завершали нашу беседу по телефону, когда я вдруг услышала: «Очень бы хотелось в ближайшее время выпустить сборник своих стихов».

- Так вот Вы еще чем занимаетесь?

- Да, это мое ночное хобби, потому что днем не получается. Я не пишу специально, приходят строки днем, я бывает, записываю, по нескольку листов, понапишешь разного,что-то, что в голове просто сидит ине дает думать о чем-то другом. И потом ночью, что-то рождается…

Profile: Анна Тукина, в Финляндии с 2008 года.

На следующий день я отыскала ее стихи в Интернете, и так и просидела целый день, читая их, не в силах оторваться. А к вечеру написала письмо: «Без стихов твое интервью - пустышка. Напиши все сама заново». И сопроводила письмо своими вопросами. К утру она уже все прислала. Анна Тукина – а именно так зовут героиню нашей очередной истории - родилась и выросла в маленькой карельской деревушке и переехала оттуда в небольшой финский городок Ряяккюля…

- Появилась я на свет 6 июня. И моя мама-библиотекарь, если я что-то сверхъестественное делала, говорила с какой-то особой гордостью: "Не зря в один день с Пушкиным родилась". А я лет с 12 заболела Асадовым, читала Ахматову, Цветаеву - чувствуя, что там невероятная глубина, но не понимая ее сути. А еще мама любила слушать пластинки Высоцкого, Розенбаума, афганские песни. И я эти песни наизусть знала. И знаю. До сих пор обожаю Высоцкого и "не люблю, когда стреляют в спину..."

Я еще в детстве писала смешные четверостишия, высокопарные стихи о Боге и о Родине. Многим нравилось. Бабулечка просто восхищалась мной и плакала. А я не придавала этому дару большого значения. Писала - жгла. Снова писала. Не ценила ни капли. И мой дар ушел. Видимо, до тех пор, пока я не пойму, что не смогу без него выжить.

Вдохновение? Слышала о таком, но лично мы не знакомы. Если верить словарю, то "вдохновение — это состояние наивысшего подъёма..." От самой сумасшедшей любви я никогда не писала стихов. От невозможной любви к детям - тоже нет. А что может быть вдохновеннее? Мои стихи нашли меня не в состоянии наивысшего подъема, а наоборот...

Это был 2002 год. Я - молодая любящая и любимая жена, мама чудесного голубоглазого мальчугана и ожидающая появления на свет доченьки, просто летала. Это такое состояние, когда у тебя крылья и как-будто на глазах пар 20 розовых очков. Тебе 19, ты живешь в холодной съемной поселковой квартирке с удобствами на улице, стираешь руками, носишь воду, дрова, топишь печи, существуешь на малюсенькую зарплату, НО ты любишь, любима. И счастлива. И если в таком состоянии тебя сбивают... то это... смертельно.

Дочь умерла на вторые сутки после родов. У меня на глазах... Кто переживал смерть ребенка - поймет... Описать это невозможно... И понять, не пережив. Те, кто не понимает - счастливые люди. И дай Бог им никогда не знать такого горя.

Забери всех ангелов-хранителей,

Сколько тех невидимых смертей ?...

Только береги моих родителей…

Только береги моих детей...


А я еще двое суток лежала в одной палате с другой мамочкой и ее новорожденным сыном... Только на третий день пришла медсестра и попросила хоть что-то поесть и успокоиться. Мол, "молодая, еще нарожаешь"... И эту фразу я слышала еще не раз в течение 9-ти месяцев после похорон, когда, как на могилу к дочери, регулярно приезжала в эту больницу. Зачем бы вы думали? Я просто хотела узнать - от чего умер мой ребенок. Но врачи то уходили в отпуск, то делали вид, что меня не помнят, потом вспоминали и говорили, что пора бы мне угомониться. Они все время что-то теряли, подделывали, лгали... А ты только что похоронил ребенка. И тебе все еще 19. И режет глаза от истинного лица мира...

Это состояние на грани между "психушкой и вратами ада". И все, что держит тебя от шага в пропасть - ниточка понимания, что ты нужна сыну и ты знаешь Бога. А потому - выход один - жить. Уже в то время в голове роились строки, но они были настолько ужасны, что их страшно было даже составлять в текст. А еще вдруг стали крутиться строки Цветаевой, которые я когда-то лишь однажды прочла, а тут наизусть... И с полным теперь уже осознанием.

Две руки — ласкать — разглаживать

Нежные головки пышные.

Две руки — и вот одна из них

За ночь оказалась лишняя.

Светлая — на шейке тоненькой —

Одуванчик на стебле!

Мной еще совсем непонято,

Что дитя мое в земле.

Потом было возвращение к жизни. Переезд в другой город. Рождение младшего сына. Переезд в другую страну. Дневные радости и ночные слезы. В этот период я изредка, от невозможности держать в себе, писала что-то и выкладывала на свою страничку в интернете. Конечно о смерти. О боли. И о том, что все будет хорошо.

Взгляни в окно - как в сказке снег пошел,

И улыбайся, вытирая слезы –

Пройдет печаль, закончатся морозы.

Всё непременно будет хорошо!

Пусть в этот час - не верится в добро,

Мороз холодным ветром душу студит,

Как мир и как предание старо

Моё: всё хорошо! и точно будет!

Я стеснялась этих стихотворений. Люди, которые знали меня лично, никогда бы и не подумали, что у меня что-то смертельно болит. Писала под псевдонимом Энн Волчица. Точнее записывала... Знаете, держала в себе до момента, когда уже от заученных, но не написанных собственных строк - не можешь уснуть. Когда чувствуешь, как боль тебя съедает изнутри. Расползается по тебе.

Время не лечит /не лечит!/ кровавые раны...

Будут болеть и стонать по ночам все равно,

Будут тебя возвращать к тем минутам упрямо,

Где сумасшествие вечности дикой равно...

Курт Кобейн сказал: «Каждый из нас одинок, и все вместе мы тоже одиноки». Когда внутри тебя боль - ты ощущаешь именно это одиночество. Знаете, когда чужие не поймут, а своих не хочется расстраивать. Волчица - не просто звучное имя. Это самоощущение. В нем одиночество. Борьба. Вой на луну. И сила. А значит, победа. Волчья тема была и будет любимой темой для меня. О них много написано. И обязательно еще будет.

Смогли! Отразили наскок.

Бог свидетель, не мы его начали.

Впивайся, волчонок, в сосок

Пока молоко горячее.

Через силу соси. Не скули.

Буду твоим Хранителем,

Если все же смогли

Они сегодня убить меня.

С переездом в другую страну жизнь закипела. Новые условия, новый язык, новые знакомства. Восторг от страны. Адаптация детей в школе и садике. Тяжелый мужской труд на заводе. Писала редко. Потому что просто не хватало сил. У меня в прямом смысле рвались вены от нагрузок на работе, но я продержалась больше многих мужиков и работала бы до сих пор, не смотря на жгучее неотступавшее чувство - что я иду не своим путем. Возможно, его прервали свыше... На работе случилась авария. Я получила тяжелую травму. Меня без сознания увезли в больницу. Провели сложную операцию. Потом было еще несколько. Год на больничном. Ничего кроме боли, сильных таблеток, сигарет, бессонницы... Кофе и стихов. Но все приходится прятать. Потому что дети рядом, потому что им больно от того, что тебе больно, потому что любимый человек взвалил все на себя и не скулит. Моет, расчесывает волосы, делает перевязки... И любит. Любой.

Я без тебя заболею однажды. Смертельно…

Чаю налью. Так, как ты мне всегда наливал…

Голое тело прикроет твой старенький тельник…

Тихое SOS. Никому неприметный сигнал…

Я без тебя… Да пожалуй, меня тоже нету…

Или не будет. Да вроде и разницы нет…

Мне бы сойти! О-с-т-а-н-о-в-и-т-е планету!..

И потушите, пожалуйста, солнечный свет...

Стихи хлынули потоком. Как будто в расплату за то, что я их когда-то жгла и не писала всего, что давалось.

Ее гулять отпускали ночью:

"Залежалась, поди... Повой."

И она, пробежав по строчкам

Над своей хрипела строкой.

Зверем бешеным, неуёмным,

Защищала свои права.

Прорывалась к комнаткe темной,

Под названием... голова.

Через горло. Наружу. Шрамом.

Слез не вымолить, как ни рви.

Слезы кончились слишком рано.

Все шептали ей: "Не реви".

А реветь бы! Реветь лет десять!

На весь свет! Разодрав лицо!

Чтобы горя слепые бесы

Поослабили ей кольцо.

А ее лишь гулять выпускали

В ночь проклятую, смяв постель.

И металась она по скалам

Разрывая плоть до костей.

Корявые, с банальной рифмой и сбоями ритма (теория стихосложения до сих пор мною не изучена) Сеть принимала все. Встречала и с критикой, и с восторгами. У меня появились первые читатели. Многие из них - с такими же болями... С некоторыми мы сдружились и дружим до сих пор. Даже есть те, кто стали родными. Стали появляться чтецы, которые хотели читать. Певцы, которые хотели спеть. Сами находили меня, предлагали свои варианты. Я всегда новую жизнь строк принимаю с благодарностью. Стихи стали жить. Сейчас я дорожу соавторством с исполнителями из Москвы и других городов России, с Украины, из Германии.

От адских пепелищ до райских кущ

Куда б тебя ни бросила судьба,

Запомни, друг, я за тебя молюсь

Сквозь годы, недомолвки, города...

Известной? На улице меня не узнают - цели такой тоже нет. Мои близкие только недавно узнали, что я пишу. Я их сразу песнями ошарашила. Потом сообщениями - вышла в десятку лучших там, победила там, номинирована на "Поэт года". Мне кажется, они даже не верят, что это все существует в моей жизни. При этом у меня сейчас уже трое детей. Всегда или работа, или учеба, или что-то нереальное. Пишу я ночами. Сейчас уже без псевдонима. Не оставляя ни строчки без внимания. Почти каждый день меня кто-то находит и благодарит за стихи. Буквально на днях одна женщина прислала такое сообщение: "Очень люблю поэзию, в основном это серебряный век, редко современное читаю и Вы, Анечка, для меня просто открытие" Это бесценно. Бесценно становится чьей-то поддержкой в трудную минуту. Отдавать, наполняя сердце... А еще приятно, что хвалят ли меня, критикуют ли - но всегда отмечают, что мои стихи - искренни и у меня есть свой стиль. Это к тому, о чем никогда не напишу. О том, что не мое. Что не от сердца. Фальшь не терплю.

Много молчу,

курю,

истерю...

Не ношу шапку в мороз,

даже если вдруг - минус тридцать...

И всегда в ответе за тех,

кто ко мне прирос...

Хотя бы

одним мизинцем...

А сейчас о счастье. Во всей его простоте и величии. Через два года после травмы Бог, наконец, подарил мне долгожданную доченьку. Сейчас я борюсь со сложностями с утроенной силой. Рядом любящие и любимые люди. Любимое дело по-прежнему по ночам со мной. Строки стали светлее. Появились детские стихи. Есть мечта издать свой сборничек. Есть много планов. Впереди еще одна операция. A Жизнь кипит. Недавно состоялся первый авторский вечер в городе Китее. Принимали меня с теплом, цветами и подарками. Люди вокруг замечательные.

Можно мне тем, кто нас будет читать пожелать?... Будьте добрее друг другу. Терпимее. Берегите друг друга. Цените. Судите меньше. Относитесь с понимание. Протягивайте руку помощи в трудную минуту и сорадуйтесь в счастье. Если видите счастливого человека - не завидуйте, вы не знаете, как он этого счастья добился.
Любите. Живите любовью. Будьте любимы. Будьте счастливы.

Все непременно сложится.

Все непременно сбудется.

Счастье хлебать будем ложечкой,

А повезет - из блюдечка...

И все-таки мне кажется, что интервью не будет полным без некоторых штрихов из биографии Анны и ее жизни в Финляндии.

- Расскажите откуда Вы сами, и каким образом получилось так, что Вы живете сейчас в Финляндии?

- Я из маленькой деревни в Карелии. Бабушка моя ингерманландка, и финский язык я слышала с детства, но никогда не учила его. Что-то у меня было в голове. Я бабушку спокойно могла перевести, какие-то общебытовые фразы, потому что они с мамой постоянно говорили на финском. Переезд в Финляндию не предполагался, и я даже в школе, где у нас был кружок по финскому языку, в него не пошла, думала, что мне никогда это не пригодится в жизни. Но в итоге муж поехал сюда на работу. И когда мы устали от жизни на две страны, ведь у нас были маленькие дети, и они без отца сильно скучали, и мне, конечно, тяжело без него было, решили, что надо куда-то в одну сторону перебираться. Все взвесили, где будет лучше и семье, и детям, и поняли, что, в России у нас ничего к тому времени не было, хотя мы очень старались, к чему-то стремились, но ничего не получалось, и решили попробовать все-таки в Финляндии попытать счастья. Потому что в итоге ничего бы не потеряли в России.

- И вот вы приехали. Это был какой-то большой город или небольшой городок?

- Нет, это небольшой городок, в котором муж работал. Все друг друга знают, все друг другу улыбаются. Когда я в первый раз в Финляндию приехала, а мне девять лет было, запомнила, что везде свет, потому что в деревне нашей его очень сильно не хватало. Здесь - куча света, и все улыбаются. Мама до сих пор вспоминает, что когда мы уезжали из Финляндии, я ей плакала в куртку и говорила: мама, я не хочу отсюда уезжать, я хочу здесь остаться. Так что первые впечатления от Финляндии были только положительные. Это уже потом, по ходу жизни начали появляться свои подводные камни. Но это нормально при любой жизни.

- Аня, скажите, а вообще трудно с детьми жить в Финляндии?

- Мне кажется, что здесь только с детьми и можно жить. В России нам не хватало именно досуга для семьи, некуда было пойти. В поселке, где мы жили в последнее время в Карелии, не было ни спортзала, ни бассейна, ничего для семейных встреч. А здесь для семей постоянно что-то организуют. И если ты здесь один, то чувствуешь себя не в своей тарелке. Здесь просто культ семьи, и это очень радует. Везде папы с детьми, мамы с детьми, мамы, папы, дети. В общем, здесь с детьми очень легко. Есть чем заняться, есть к чему стремиться, чему учиться.

- А чего Вам не хватает русского в Финляндии?

- Русских людей, конечно, в первую очередь. Потому что с финнами общение происходит на другом уровне. Это другие люди. Как говорят, не наш менталитет. Я раньше этого не понимала, как это не наши люди? В Карелии у нас все очень добродушные. Я думаю, что глубинка вообще этим отличается - добродушием, душой нараспашку. А здесь нет той теплоты, и все по-другому... Но я очень надеюсь, что у нас все дальше в Финляндии продолжится хорошо.